tagilcity

188 подписчиков

Свежие комментарии

  • Анатолий Шашин
    Ага... прилетит вдруг волшебник, в голубом... Сначала Ельцинцентр снесите, просите помилования у Господа, а уж потом....Надпись «Путин SO...
  • Владимир
    Во всей стране подъем ковид, а в Свердловской области - пневмония. Интересная вещь статистика. Индийский штамм на жк...Заболеваемость пн...
  • алексей шакин
    и?23-летний задержа...

Головлёвы. Маменька и сыночек

Головлёвы. Маменька и сыночек

Сам я до недавнего времени видел «Головлёвых» только в виде эскиза, и то не полностью. Хотя, скажу прямо, в пространстве цеха, не на сцене, это смотрелось куда эксцентричней. Но об этом чуть позже.

Короче, я радостно потирал лапки, думал, ага, сейчас то посмотрю годноту. Тут ещё в ленте новостей попалась фотка Ярославы Пулинович (красотка, кстати) — автора пьесы, адаптировавшей классический текст Салтыкова-Щедрина. Думаю, это судьба, точно надо сходить. Наточил когти (на всякий случай), запасся кошачьим наполнителем (с той же целью), зарядил мурчало. А вдруг и правда понравится?

Честно говоря, когда я слышу название Драматический театр имени Д. Н. Мамина-Сибиряка мне представляются как раз такие постановки, как «Головлёвы»: исторические, слегка высокоморальные, слегка кондово-нравоучительные, и на основе бессмертной русской литературы, естественно. Без последнего — вообще никак.

Видимо поэтому в зале было полным полно школьников. Они достаточно тоскливо слонялись туда-сюда по фойе, грустно глядели на страдания главной героини, тягостно обсуждали длинный хронометраж.

Впрочем, взрослые зрители тоже недалеко ушли: мои чуткие ухи уловили комментарии навроде «Странно всё это». Так ли всё плохо?

Ничего особого в плане визуала и гипер-крутого навороченного смыслового ряда (нирвану не словишь, новые слои существования не откроешь), всё довольно приземлённо и просто-понятно. Можно сказать, классический театр в понимании среднего тагильского обывателя. Но не плохо. Крепенько. Давайте обо всём по-порядку.

Прихожу, сажусь. Кругом, как уже говорил, грустные школьники. На наклоненной где-то так градусов на пятнадцать сцене — стулья, стол, кровать, печка, всякие другие предметы быта. И надпись. Пьеса такая-то, автор такой-то и всякое прочее. Странно, думаю. Зачем? Вдруг зрители забыли, на что пришли, да? Странно, ну да ладно, их дело. Три звонка, свет приглушается, надпись начинает ползти вверх по склону сцены. На ней вроде как дословный текст пьесы, то есть буквально спойлер того, что сейчас будет происходить. С первых рядов, конечно, ни кота не читается, но всё же.

Самое смешное, что выглядит всё это точь в точь, как заставочные титры «Звездных войн». Фишка в том, что текст читается нормально только с бельэтажа. Да, там это обычный текст, уходящий вверх. А из партера — прямо-таки уходящий вдаль, странно деформированный. Как у Лукаса, только под русскую старину.

Думаю, вот это постмодернистский прикол, типа, там же космоопера. Кто не знает, космоопера — это то же, что и обычная классически-литературная поджанра «семейная сага», только в космосе и с бластерами. Там сага про Скайуокеров, тут про Головлёвых. Наверно, прикол вышел совсем не нарочно, но всё равно забавно. Кстати, этим самым спойлер-текстом, нам будут отбивать каждую сцену, как эпизоды всё в тех же «Звёздных войнах», чтоб зритель не заскучал, так сказать. И предвкушал.

Так вот, продолжим тему саги. Кто не понял, скажу ещё раз. «Головлёвы» — это она самая и есть. Что это значит? Для человека, который не читал оригинала, хотя бы то, что повествовать нам будут про отдельно взятую семью в нескольких поколениях. Они будут страдать и помирать. Последние два пункта — это обязательное условие хорошей русской классики. А ещё зрителю это говорит о том, что мы буквально увидим, как эту самую семью запоганить самым эффективным способом. И вообще профукать всё на свете.

Серьезно, «Головлёвы» могут заменить вам сеанс семейной психотерапии. Это прямо-таки образцовая история, как НЕ НАДО строить свою жизнь и семью.

Если вкратце, то сюжет такой. Красивую молодую дворянку Арину Петровну выдают замуж за Владимира Головлёва, хоть и богатого, но типичного русского помещика. То есть, в голове у него всё, что угодно, но только не финансовые дела. То есть из помещика богатого, он скоро превратится в помещика очень бедного. А Арина Петровна из очень (очень-очень) обедневшего рода и буквально панически боится снова оказаться в положении нищей. Она ж дворянка в конце-то концов. Не комильфо как-то. Она понимает, что от мужа толку нет и берет дела в свои руки. Очень жестко берёт.

И вот тут мы видим обычную ситуацию, когда роли мужчины и женщины в семье меняются. Причем, в самом радикальном виде. Арина Петровна тащит на себе всё хозяйство, управляет делами, муж же занимается детьми и попытками творческой самореализации: он думает, что он поэт. Естественно, говорить о какой-то любви в данной ситуации сложно.

Вместо того, чтобы искать компромисс, они упрямо стоят на своём, не желая принимать желания и цели друг друга. И никто не хочет и не может заняться тем, чем и должен заниматься. Арина Петровна не может нормально воспитывать детей, лишая их детства, Владимир Михайлович не может хоть немного побыть настоящим хозяином в доме.

Как говорится, от мандаринок не родятся апельсинки, вот и дети у четы Головлёвых растут соответствующие. Их аж четыре штуки. Не знаю уж, как при таких отношениях Арина Петровна и Владимир Михайлович успели заделать столько. Видимо, исходили из старой русской традиции: проблемы в семье — заведи ребёнка. Все мы знаем, что от этого обычно становится только ещё хуже.

По итогу: дочь Анна сбегает из дома с первым встречным и вскоре погибает, Степан и Павел прогуливают всё своё состояние, а из Порфирия вырастает настоящая двуличная мразь. Внуков ждёт не менее печальная участь. Вполне закономерно. Вот, если вкратце, такая история.

Ну и да, в конце почти все умирают. На сцене даже специально приготовлена могилка для каждого члена семьи. С подсветкой. Это, кстати, одна из самых мощных деталей визуала данной постановки.

Вторая по крутости — Тимофей Панов с крылышками и нимбом. И лопатой.

Вот мы и логично (не очень, на самом деле) перешли от краткого содержания к тонкостям воплощения. Тимофея оставим на десерт. Сначала проедемся катком по всем остальным. У нас имеется шикарный набор совершенно разных персонажей, разного возраста, социального положения и уровня интеллекта. А, духовные и моральные ценности у всех тоже весьма-таки различные.

Начнём со старшего поколения: Арина Петровна (главная героиня, если кто не понял) и Владимир Михайлович Головлёвы. Ирина Цветкова и Валерий Каратаев. В свое время, когда спектакль только вышел, все наперебой расхваливали госпожу Цветкову. Роль сложная, большая, интересная, играть надо от юной голодной девчушки до жесткой бизнес-крепостной-леди, от гениальной хозяйки, на лету считающей прибыль до копейки, до разваливающейся старухи. А самое сложное — передать то очень непростое и зыбкое чувство любви, которую она на самом деле испытывает ко всей своей семье.

На данный момент, Ирина Цветкова справляется с переменным успехом. На мой взгляд, сложнее всего и одновременно лучше всего (парадокс, да?) у неё с как раз таки получается в сценах с Валерием Каратаевым. Вот как-то по большей части нет между ними никакой химии. Даже ругаются как-то не по-настоящему, картонно, без эмоций.

Там есть сцена, где Арина Петровна Головлёва буквально получает нервный срыв и служанка отпаивает её водкой. Ответственно заявляю, нервный срыв выглядит не так. Можно сходить пообщаться с людьми на 25 квартал, там всё расскажут и покажут. Нервный срыв — это очень страшно. Ирина Цветкова, играющая нервный срыв — не страшно совсем.

Что интересно, одна из самых лучших сцен спектакля — это последний разговор между Ариной Петровной и Владимиром Михайловичем, переходящий в смерть последнего. И вот там-то всё прекрасно. Вот там-то Каратаев и Цветкова жгут напалмом. Вот там то ты видишь, что между ними и правда могла быть нормальная, человеческая любовь. Но не срослось.

Где-то на таком же уровне сцена, где собственно уже фактически умершая главная героиня на минутку сходит со сцены, садится на ступеньки, скидывает платок, и вот перед нами уже не старуха Арина Головлёва, а актриса Ирина Цветкова, которую, вероятно, порой мучают вопросы, а всё ли она в жизни делает правильно. Как и любого зрителя, который смотрит ей в глаза. А не пойдет ли всё прахом? Жаль, что уровень игры так неравномерен. Но в её оправдание (да и вообще в оправдание всех остальных актёров) можно сказать, что разговаривать на старый манер и при этом не выглядеть лицемерно или излишне пафосно и глупо — очень сложно.

В этом плане, Валерию Каратаеву даже ещё сложнее, он то прямо-таки прописан немного глуповатым. И к сожалению, этот образ очень трудно перебить. Временами, как в уже упомянутой выше сцене, получается, иногда вообще не выходит. Ведь по сути, Владимир Михайлович Головлёв, кроме того, что откровенная тряпка, в целом положительный персонаж. Он действительно любит своих детей, и это прямо чувствуется со сцены. Видно, что молодые коллеги Валерия Каратаева ему и правда, как дети.

С детьми всё также неоднозначно. Вроде как они подобраны специально так, чтобы быть всем карикатурно разными. Один большой и пухлый, второй — низенький и крепкий, третий — высокий и худой. Тимофей Панов, Егор Спиридонов и Алексей Портнов, соответственно. И маленькая девочка рядом с ними (надеюсь, Екатерине Борисенковой также надоело играть девочек, как и моей Морде смотреть на неё, играющую девочку).

К сожалению, роли Алексея и Екатерины вышли какие-то проходные в связи с тем, что их персонажам выделяется довольно мало времени. И ещё Алексей как-то совсем уж не похож на ребёнка. Ну это такое дело, театр это условность же. У Екатерины другая проблема — её роль продолжается уже в виде внучки. И беда в том, что там она уже не одна — их двое. И они вроде как близняшки (по крайней мере, судя по их поведению). Вторую внучку играет Юлия Безноскова. И если кто не знает, Катя и Юля друг на друга вообще не похожи. От этого сцены с ними превращаются уже совсем в какой-то карикатурный дикий фарс. Сцена, где они ловят муху, вместо того, чтобы учиться — самая странная и выбивающаяся из общего тона постановки.

С другой стороны есть Егор Спиридонов, прекрасно справляющийся и с ролью маленького, рассказывающего байки, мальчика, и с ролью уже взрослого, бухающего, как конь, отставного военного. Умирает он тоже совершенно жутко и натурально. Похожая сцена родов у Арины Петровны даже рядом не стоит.

В спектакле есть целая куча второстепенных персонажей, вполне хорошо сыгранных. Но отдельная жемчужина — это служанка Улита в исполнении Наталии Соничкиной. Дело даже не в том, как она сыграна, а в том, что весьма немолодая тётушка служит своим господам начиная с самого начала и по самый конец. То есть проживает невероятно длинную жизнь, оставаясь бодрой такой бабулей. Мне кажется, она на самом деле вампир. И все смерти в семье Головлёвых — не злая судьба, а её коварных рук дело. Прекрасная теория. Жаль, неправда. Не Гоголь же писал.

Ну и главное украшение данного спектакля — это Тимофей Панов. Он просто невероятно обаятелен в роли Порфирия-Иудушки. Харизматичный, как Дьявол. Настоящая мразь. Или котан. Учитесь, как надо играть злодеев и сволочей. Он с такой легкостью и непринужденностью перетягивает на себя одеяло у всех остальных персонажей, только диву даешься. Самые топ-сцены — это, конечно же, уже упомянутое где-то в середине моего опуса захоронение буквально заживо своей матери Арины Петровны (это там, где ангельские крылышки, лопата и всё такое), а также диалог с ней же в бане. Ну, не совсем в бане. Сложно объяснить. Короче, это театр, тут всё условно.

Конкретно в данной сцене в наличии полуголый Тимофей, не менее полуголая Любовь Тимофеева, одетая Ирина Цветкова (в образе совсем уже бабушки), веники, пар, две большие банки крупной, хорошей красной икры, одна маленькая какой-то стрёмной икры для маменьки, чай и прочие вкусности. Великолепный контраст, ни одного лишнего движения. Десять из десяти.

Кстати, конкретно эти же две крутые сцены в эскизной версии исполнялись при помощи обычных чугунных ванн. То есть Тимофей с барышней лежали в ваннах и поглощали икру. И хоронили маменьку тоже в ванной. Выглядело это ещё более жутенько. Одиннадцать из десяти:)

Ой, много слов, надо закруглять нашу котоговорильню. Спектакль, конечно, не шедевр, но очень неплох. Логичный, не проседающий по темпу, с хорошими, адекватными персонажами. И тут есть драма, а не лютый драмтеатровский комедийный балаган. Ну вы поняли. Для поклонников классического театра — must see, для непоклонников — тоже можно разок сходить.

И совсем напоследок. Первые лапки в тот вечер, начавшие аплодисменты в конце спектакля, были моими. Тимофей, вы молодец. Котская Морда гордится вами и присуждает звание Почётного котана.

Головлёвы. Маменька и сыночек

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх